А было ли «столкновение цивилизаций»?
Отношения России и Запада всегда являлись одной из самых сложных и противоречивых тем. В последнее время этот вопрос вновь приобрел острую актуальность. Здесь наблюдается ярко выраженная поляризация точек зрения: от полного отрицания продуктивных контактов с западными странами и приветствия максимальной автаркии до слепого преклонения перед западным миром. Интересно, но и «славянофилов» и «западников», как в настоящее время, так и ранее объединяло мнение, что Запад изначально находился в конфронтации с Россией. И тем и другим свойственно противопоставление западной и русской цивилизаций. Однако, всегда ли дело обстояло так? Исторические факты свидетельствуют о том, что всё было намного сложнее. В период становления русской государственности окончательного цивилизационного разделения культур ещё не произошло. Точнее, тогда в Европе существовало три культуры: христианские Римская и Византийская и ещё не до конца оформившиеся варварские, куда входили и славяне, и германцы, и другие народы, населявшие Европу, многие из которых находились ещё в стадии христианизации. Канонического разделения церкви ещё не произошло, и вхождение в римскую или константинопольскую юрисдикцию определяло дальнейшее культурное развитие того или иного государства.
Это позволяет несколько иначе взглянуть и на нашумевшую норманнскую теорию, которую одни историки и политики отвергали как антинаучную, а другие использовали как доказательство того, что даже своей государственностью Русь обязана Европе. Но дело в том, что культуры славян и норманнов в то время были очень близки; различия между ними были, к примеру, как между современными русскими и белорусами или украинцами. Поэтому, ни варяги не были для руссов в их тогдашнем понимании чужаками, ни наоборот. Было обычное взаимодействие между культурно близкими народами.
До разделения Церкви на каноническом уровне, вообще каких либо серьезных препятствий для контактов между Русью и другими европейскими странами не существовало. И такие контакты были: и династические, и экономические, и военные. Конечно, Русь всегда тяготела к Византии, а в Европе существовали свои политические центры притяжения. Но, учитывая, самостоятельную политику русских князей, Русь никогда не находилась в абсолютной вассальной зависимости от Византийской империи, как это иногда пытались представить.
Раскол христианской церкви и отделение католиков в 1054 г. не повлиял коренным образом на русскую политику. Стоит отметить, что раскол многими современниками тогда воспринимался скорее как политический, а не религиозный, он был обусловлен стремлением римских пап и стоявших за ними политических кругов к большей власти и влиянию. Впрочем, католическая церковь тогда во многих отношениях была гораздо ближе к Православной, чем сейчас. В ней сохранялись достаточно строгие аскетические устои. Свидетельством тому служат сохранившиеся до наших дней воспоминания русских паломников, совершавших путешествия в Святую землю. Там, на арабском востоке, католики не воспринимали православных как схизматиков, и оказывали им поддержку, так же как и православные, в том числе духовные лица, относились к латинянам вполне благожелательно. Только после разорения крестоносцами Константинополя отношение к ним со стороны православных, бесспорно, изменилось в гораздо худшую сторону.
У России не было «вечной» войны с Западом
Периодические столкновения на западных границах Руси с немцами и шведами, отражение ливонской агрессии, несмотря на активную её поддержку со стороны Рима, не являлись глобальным противостоянием, тем более, что в Европе такие столкновения (но уже между католическими нациями) происходили столь же регулярно. Вообще, понятия единая Европа тогда не существовало и даже не мыслилось. Единственное, что объединяло западные страны – это религия – католичество с единым духовно-административным центром. Ни о каком политическом и экономическом единстве не могло быть и речи. Подчас, противостояние между европейскими странами, как, например, длившаяся больше века война между Англией и Францией или религиозные войны в период Реформации, было гораздо более жестокое, чем войны с сарацинами. На фоне этих «столетних» и «тридцатилетних» войн противостояние Руси с отдельными европейскими государствами, например Ливонским и Тевтонским орденом, Речью Посполитой, Швецией, несмотря на достаточно враждебное отношение католичества к Православию, не было глобальной войной России с Европой в целом. Кстати, католики вообще отличались нетерпимостью. Репрессии в отношении протестантов во Франции и Германии не уступали по жестокости репрессиям в отношении православного населения Польши и Литвы.
Весьма ошибочным является представление, что западные державы всегда воспринимали Россию как полудикую азиатскую страну. Чем более укреплялась Русь, тем больше прибывало туда посольств из Европы, тем шире становились дипломатические связи. Ярким примером тому может служить противоречивая эпоха Ивана Грозного. В нашем историческом сознании укрепилось представление об этом историческом периоде как эпохе варварской диктатуры азиатского типа. Но, вот только, многие «цивилизованные» европейские государства в то время охотно отправляли на Русь посольства, причём в донесениях послов отнюдь не расписывались ужасы, творившиеся на Москве. Напротив, дипломаты и купцы описывали Московию вполне объективно и благосклонно. Опальный Курбский, переметнувшийся в Речь Посполитую, конечно обвинял московского царя, пытался опорочить его в глазах других монархов, но сама его персона в Европе, по господствовавшим тогда рыцарским понятиям, рассматривалась не очень-то положительно, ведь верность государю была одной из наиглавнейших добродетелей дворянина.
Интересно также, что Грозный подчас позволял себе довольно оскорбительные высказывания в отношении некоторых европейских монархов. Естественно, тем не могло быть неизвестно о подобных отзывах. Тем не менее, о каких-то ответных действиях со стороны оскорблённых королей и королев не известно. Видимо, портить отношения с Русью было в тот момент не выгодно.
Примечательно, именно в то время начинает бурно развиваться торговля между Московией и Западом. В Англии основывается знаменитая Московская компания. Западные купцы всё активнее едут на Русь и основываются здесь. К концу XVII века они уже становятся важным элементом русской жизни. Примером этому может служить начало реформ Петра I. Известно, что молодой царь заразился западным духом, посещая слободы европейских купцов в Москве. Наивно, конечно, думать, что Петр, как простой мальчишка, запросто гулял по городу, наткнулся на пару-тройку каких-то лавок с забугорным барахлом, пообщался с иностранными барыгами, и ему захотелось сделать из России Голландию. Наверняка, первоначально он столкнулся с заморскими купцами при дворе, так как наиболее крупные и успешные из них, очевидно, были вхожи к московским царям. Видимо, их роль в русской экономике была значительна, раз царь стал внимательно присматриваться к ним, перенимая европейский опыт.
А, как известно, никакой предприниматель не будет основывать дело там, где это невыгодно. Вряд ли бы европейские купцы так активно рвались в дикую отсталую страну. Стоит отметить также и то, что они не воспринимались русским населением, в том числе отечественным купечеством, как основным их конкурентом, враждебно. XVII век прошёл в сплошных бунтах и восстаниях, недаром его прозвали бунташным. Но иностранный элемент народный гнев обошёл стороной. Вообще, русский мужик относился к иностранцам снисходительно. Европейцев звали общим словом – немцы – немые, не знающие языка. То есть в первую очередь здесь обращали внимание не на религиозное или бытовое, а на языковое различие. Каким-то взаимным неприятием здесь и не пахнет.
Настоящий конфликт начался после французской революции
Может для кого-то это покажется необычным, но Пётр I, загоняя страну в европейские рамки, в действительности, по сути, скорее отдалил Россию от Европы, чем приблизил. Ведь установленный им жесткий бюрократический абсолютизм с ужесточением крепостного права был скорее присущ азиатскому государству. Были разрушены традиционные русские основы управления государством, которые, как это ни покажется странным, были более близки к европейской модели. Ведь земские соборы допетровской России, оказывавшие значительное влияние на принятие государственных решений были той здоровой, исконно русской формой народного представительного самоуправления.
Кстати, именно со времён Петра начинается бытовое противопоставление русских и европейцев, оказывавшихся на высоких государственных постах. Теперь немцы, голландцы и прочие стали подчас оказываться в гораздо более выгодном положении, чем русские подданные, что не могло не вызывать справедливого недовольства со стороны русского населения. Но сам тот факт, что иностранцы охотно ехали в Россию, говорит о многом. Причём не всегда им удавалось занять престижную должность. В позапрошлом веке множество французов и немцев трудилось в России гувернёрами, домоуправляющими, парикмахерами, ремесленниками. Фактически они выступали в качестве гастарбайтеров. Представляете, европейцы едут гастарбайтерами в Россию, а не наоборот, как сейчас? Данные факты говорят о том, что наша страна не была такой отсталой, как об этом принято говорить в настоящее время.
Впервые глобальное противостояние между русской и западной цивилизациями наметилось после французской революции. Собственно, вместе с этой революцией произошёл величайший перелом в европейской культуре. Она утратила многие свойственные ей черты и по сути, уже перестала быть классической европейской. Именно в революционной Франции впервые произошёл отказ от христианства на официальном государственном уровне. Фактически впервые стал утверждаться атеизм. Прежде для европейца, даже для язычника отсутствие веры во что-либо было просто немыслимо.
Наметившийся идеологический раскол оформился после серии революций в Европе в 1848 году. На Россию тогда обрушился поток критики как на страну, где отсутствуют демократические свободы. Российская империя же в свою очередь дистанцировалась от революционной Европы, чтобы не допустить повторения у себя подобных событий. Последовавшая через несколько лет после этого Крымская война, по сути, явилась первым столкновением, в котором ряд западных держав выступил против России единым фронтом. Однако «холодной войны», которая бы продолжалась несколько десятков лет, избежать при этом удалось. Западные страны, хоть и показывали периодически зубы, острых конфликтов с Россией стремились избегать.
Может ли Россия стать духовным маяком для Запада?
Примечательно, что Александр III, весьма трезвый политик, жёстко отстаивающий интересы своей страны, небезосновательно говоривший, что у России только два союзника – это её армия и флот, сумел, тем не менее, наладить отношения с ведущими западными державами. Несмотря на его прямую и жёсткую позицию во внутренней и внешней политике между демократической Европой и самодержавной Россией не произошло сколько-нибудь значительного политического, а тем более – военного конфликта. Александр III не раз говаривал, что «Европа может и подождать, пока русский царь рыбачит», и такие слова были не пустым бахвальством.
Весьма интересно складывались тогда и отношения с начавшими заявлять о себе как о мировой державе США, точнее, как они тогда назывались, Североамериканскими Штатами. В период Гражданской войны в этой стране, Россия поддержала северные штаты, в то время как ведущие европейские государства (Англия и Франция) поддержали южан. Россия тогда небезуспешно пыталась оказать определённое влияние на североамериканскую политику. Наш флот временами заходил в американские гавани. Фактически, с самого момента провозглашения независимости Североамериканских штатов, Россия стала демонстрировать наличие собственных интересов в североамериканском регионе. Янки воспринимали это вполне адекватно и охотно пользовались поддержкой с русской стороны. Правда, результатом такой трогательной дружбы, стала продажа золотоносной Аляски, пролоббированная подкупленными членами русского правительства.
Фактически, действительный глобальный раскол на всех уровнях между Россией и Западом произошёл после Октября 1917 года. Момент этот, как и роль некоторых западных стран в приходе большевиков к власти, вызывает и по сей день множество споров, анализ которых выходит за рамки данной статьи.
Для нас важно понять, какое место сейчас занимает Россия в отношениях с западным миром, и какое место она может и должна занять в будущем. Главное – это сохранение нашей страной вместе со своей самобытностью тех культурных элементов, которые были исконно присущи христианской Европе, и утрачены Европой нынешней. Россия сумела сохранить духовность, которая раньше объединяла все европейские народы, несмотря на их конфессиональные различия. Очевидно, что Запад сейчас начинает испытывать идеологический кризис. Западное общество позиционирует себя как постхристианское. Но человеку жить в духовном вакууме, без религии или заменяющей её идеологии – невозможно, тем более что, как уже было сказано выше, атеизм изначально не был свойственен европейцу. Таким образом, Россия может стать для Запада тем идеологическим, духовным маяком, той точкой, из которой в Европу и Америку начнут возвращаться утраченные ими ценности.
Ярослав Коломенский
|
