Эдуард Гончаров
16 марта – день латышского эсэсовца?
16 марта каждого года недобитые латышские эсесовцы и их последыши проводят в Риге шествия в память легионеров «Ваффен СС». В этом году, если шествие и состоится, оно будет несанкционированным. Рижская городская дума запретила проведение любых публичных мероприятий 16 марта (в том числе и контршествия антифашистских организаций латвийской столицы), а 13 марта рижский административный суд, куда неонацисты обратились с иском об отмене запрета на шествие, подтвердил решение городской думы.
Председатель Антифашистского комитета Латвии, чья активность сыграла немалую роль в официальном запрете неонацистского шабаша, Эдуард Гончаров заявил, что приветствует решение рижского суда.
Недавно Эдуард Станиславович Гончаров побывал в Москве. Наш обозреватель взял у него эксклюзивное интервью. Разговор шел о проблемах русской общины и межэтнических отношений в Латвии.
– Первый вопрос навеян актуальным экономическим кризисом. В недавних волнениях в Латвии, вызванных ухудшением экономической ситуации, русские организации сыграли какую-то роль?
– Нет. Было заявление русских общественных организаций, что ни в коем случае не надо встревать, не надо идти на митинг. Самое главное – чтобы никто не участвовал в том погроме возле сейма. Очень важно, чтобы сама латышская община осознала, что происходит, и поняла, что это, в первую очередь, ее проблемы. Если бы кто-то из наших был там задержан, то этот инцидент был бы быстро переформатирован в конфликт между русскими и латышами. Поэтому наша принципиальная позиция была – не ходить, не участвовать. Было несколько активистов, которые пришли с плакатом «Русскому языку – статус государственного». Но это были наши подготовленные активисты, имеющие большой опыт, которые пришли специально, чтобы показать, что данное мероприятие – беспорядки у здания сейма – провокационно антирусское.
«Языковая дубинка» вновь занесена над головами русских
– Какое-то изменение отношений к русским в самой латышской общине и со стороны латвийского государства отмечается после названных событий?
– В латышской общине может быть и есть, потому что когда люди понимают, что вся антирусская идеология была изначально построена на вранье, на лжи – то да, какое-то изменение есть. Со стороны государства изменений нет никаких. Новое, недавно сформированное правительство обошлось без приглашения представителей русскоязычных граждан. Более того, этот раскол между латвийским государством и русской общиной будет усугубляться, потому что ужесточаются нормы законодательства по языку и гражданству. В условиях кризиса с работы в первую очередь увольняют русских. Устроиться заново на работу им теперь будет сложнее. Ряд латышских политических партий сознательно углубляют межнациональный раскол.
– Часто приходится встречать утверждение, что за последние годы все больше ужесточаются требования к знанию государственного, то есть латышского языка. Это так?
– К знанию языка, в частности, на экзаменах, быть может, и нет, но языковые нормы ужесточаются. Нужно освободить новые рабочие места для увольняемых латышских чиновников или тех, кого собираются увольнять. По сути дела происходит стандартная межнациональная разборка. И рабочие места освобождают для «своих». Языковые комиссии – самый удобный инструмент. Весьма вероятно, что в скором времени примут закон, по которому всех заставят заново пересдавать латышский язык. Это такая «языковая дубинка».
– Итак, отношение латвийских властей к русской общине внутри страны не меняется. Но, быть может, есть некоторое изменение отношения к самой России? Ведь из экономического кризиса никакая страна в одиночку не выплывет. Латвия много десятилетий была экономически привязана к России, без развития торговых связей с Россией экономическое положение Латвии и теперь выглядит проблематичным. Поменялось ли что-то в отношении официальной Риги именно к Российскому государству?
– После событий у сейма 13 января каких-то заметных подвижек на этом направлении не наблюдается. Существующие в Латвии крупные партии созданы, по нашим понятиям, олигархами. Сейчас идет передел «кормушек» и министерских портфелей. Латвийские политики заняты преимущественно этим. И сейчас в принципе никто пока не формулирует какое-то свое новое отношение к России. И я не думаю, чтобы это отношение, когда оно будет озвучено, отличалось от прежнего. Есть, с одной стороны, олигархи, которые, возможно, заинтересованы в хороших отношениях с Россией. Но с другой стороны – американский проект. Сейчас происходит как бы столкновение этих двух проектов. И в этих условиях никто пока не озвучивал свою однозначную позицию по России.
Этнократия и национал-шизофрения
– Чего следует ожидать в области исторической памяти? Будет ли происходить ослабление или, напротив, усиление пронацистской пропаганды, восхваления тех латышей, которые воевали против Советского Союза на стороне гитлеровской Германии?
– Думаю, что будет происходить усиление этой пропаганды. Ибо само латвийское государство сформировалось на тезисе, что люди, воевавшие против СССР – герои. И сейчас просто так сразу поменять государственную идеологию правящие круги Латвии не смогут. Более того, последний опрос в школах показал, что 75% старшеклассников – имеются ввиду, конечно, только латыши по национальности – искренне и на полном серьезе считают, что легионеры «Ваффен СС» – герои. Они не воспринимают иную точку зрения. Только 5% латышской общины отмечают день 8 или 9 мая как праздник Победы.
То есть в латышском обществе сформировалась неонацистская идеология. И сейчас та партия, которая скажет, что эта идеология неверна, что эта идеология порочна, что легионеры – не герои, – такая партия просто не будет иметь шансов на выборах, где право голоса имеют почти одни латыши. Чтобы удержать свои позиции, политики потакают сформировавшимся в латышской общине настроениям и прославляют преступников времен Второй мировой войны.
– Не наблюдается ли в связи с этим у латышей своеобразного раздвоения сознания, этакой национальной шизофрении? С одной стороны, Латвия – член Европейского Союза, провозглашающего в качестве своей основы демократические ценности. С другой – восхваление гитлеровских пособников…
– Да, это есть. Когда беседуешь с латышским политиком один на один, говоришь ему: «Ну что же ты делаешь? Ты же подставляешься в глазах Европы» – он это понимает и соглашается, что это неправильно. Но когда тот же политик выходит на публику, перед прессой, перед своими избирателями, то он говорит с точностью до наоборот и вновь повторяет все те же неонацистские байки. И с этим, боюсь, пока ничего не поделаешь.
То, что в этом году запретили шествие 16 марта – это наша общая с европейскими антифашистами победа. Мы сумели привлечь к этому событию внимание антифашистов из других стран Европы – из Польши, Финляндии. Когда наши политики поняли, что это мероприятие 16 марта могут увидеть депутаты Европарламента, то только тогда последовал запрет. Они руководствуются лишь страхом, а не здравым смыслом.
Россия становится ближе к «негражданам»
– Летом прошлого года в России был принят закон о безвизовом режиме въезда в РФ для так называемых «неграждан» государств Прибалтики. С этого момента латвийские «неграждане» больше ли стали ощущать «присутствие России» в своей жизни? Усилились ли их контакты с Россией?
– Да, безусловно. Я сам латвийский «негражданин», я присутствовал на слушаниях в комитете Госдумы РФ, где обсуждался проект данного закона. Прежняя визовая система была никчемной: чтобы поехать в Россию, приходилось потратить минимум две недели на оформление необходимых документов. После принятия закона, уже с прошлого лета заметно увеличилось количество поездок в Россию.
Большинство русских, живущих в Латвии, считают Россию своей родиной. Где бы мы ни жили, Россия – наша страна. Да, мы почувствовали реальную поддержку. По крайней мере, в Россию теперь можно спокойно приехать.
– Что можно пожелать России сделать еще, чтобы русские в Латвии почувствовали ее реальное участие в их проблемах?
– Выработать конкретную политику. Дело даже не в поддержке русских организаций. Просто все предыдущие годы действия России на данном направлении были довольно хаотичными. Принимается какое-то одно решение, потом через несколько лет оно кардинально меняется, принимается другое. Что касается экономики, то Россия потеряла значительную часть латвийского рынка. Значит, резко ослаблены рычаги возможного политического влияния. Утеряны многие культурные связи. У России же должна быть четко озвученная позиция в отношении Прибалтики, и эта позиция не должна меняться.
Многие проекты, которые осуществляет Россия, важны и выгодны, но их необходимо расширять. России нужно совершенствовать иммиграционную политику. Очень актуально привлечение рабочих рук из Латвии. Когда здесь, в России, проблемы с мигрантами, а в Латвии русские люди не могут нормально устроиться работать, – это абсурдное положение. Здесь провалилась политика возвращения русских в РФ – такая политика, как она проводилась. Между тем желающие вернуться есть, их много, но им нужно создать для этого условия. Эти трудовые ресурсы пропадают втуне. Чтобы их задействовать, необходимо выработать четкую политику. На этом направлении есть очень большие перспективы, и России следует их использовать.
Я считаю, что можно и Латвию вывести из ее нынешнего положения звена в цепи «санитарного кордона». Но над этим необходимо работать российскому руководству.
Гуманитарная интеллигенция не должна молчать!
– Не секрет, что общественное мнение в значительной степени формируют СМИ, а в том, что касается исторической памяти – еще и научная, главным образом, гуманитарная интеллигенция. Что бы Вы, как представитель русской общины в Латвии, желали бы видеть и слышать со стороны и российских СМИ, и российской гуманитарной интеллигенции, особенно историков?
– Ничего сложного тут нет. Нужно проводить больше встреч, хотя бы на уровне историков. Потому что когда профессиональный историк предает огласке проверенные факты – это прессе сложнее замолчать, сложнее отнестись пренебрежительно, чем если с теми же фактами, скажем, буду выступать я как, просто, общественный деятель. Необходимо проводить и более широкие встречи интеллигенции. Что-то на этом поле уже предпринимается, что-то Россия делает. Но надо активнее пропагандировать, чаще и громче озвучивать нашу точку зрения.
Фашизм – страшная идеология. Когда людям 20 лет вдалбливают, что фашисты – герои, а русские – оккупанты, – это чревато тяжкими последствиями. В Германии в свое время всего за 6 лет из культурной нации сделали нацию убийц. А здесь, в Латвии, уже почти 20 лет эта пропаганда ведется изо дня в день! И это не может не приносить своих жутких плодов.
Но есть механизмы разрушения такой идеологии, алгоритмы контрпропаганды. Их можно и нужно использовать.
Беседовал Ярослав Бутаков
|
